По крышам и в багажнике: как заключенные Ростовской области сбегают из тюрьмы

Аналитика
По крышам и в багажнике: как заключенные Ростовской области сбегают из тюрьмы
По крышам и в багажнике: как заключенные Ростовской области сбегают из тюрьмы
10 июня, 17:06Фото: Paul Fenwick/CC BY 2.0 / flickr.com
Эксперты сходятся во мнении, что сбежать из мест заключения в Ростовской области сейчас практически невозможно. Тем не менее, инциденты продолжаются. Только за последний год из СИЗО № 5 совершил побег осужденный за попытку взлома банкомата.

О резонансных побегах из мест лишения свободы, и о том, почему заключенные пытаются бежать из тюрьмы — разбирался корреспондент RostovGazeta.

Пытки и наказания

В ноябре 2020 года общественность потрясла страшная новость: в Межобластной туберкулезной больнице (МОТБ) ГУФСИН умер от пыток заключенный Роман Михайлов.

«Умер он от сепсиса — заражения крови. Скорее всего, все время, проведенное в МОТБ, он был привязан к кровати, в результате чего образовались кровавые пролежни, в которые попала инфекция», — предполагает председатель общественно-наблюдательной комиссии (ОНК) Игорь Омельченко.

Через неделю в МОТБ от полученных травм скончался еще один заключенный — Александр Куликов. Тогда же общественно-наблюдательная комиссия обратила внимание, что обязанность следить за пациентами МОТБ возложена на санитаров, которые имеют психические расстройства. Заключенных привязывали к кровати, лишая возможности ходить в туалет, в кого-то плевали, в кого-то бросали дротики. В феврале 2021 года RostovGazeta сообщала, что СК начал проверку после смерти мужчины, которому шариковая ручка прошла на весь диаметр черепа через мозг. Его привезли из СИЗО № 3 Новочеркасска в больницу, прооперировали, но спасти не удалось. По предварительной информации, потерпевший сам нанес себе травму в состоянии нервного срыва. Однако, по словам экспертов, такие случаи в местах лишения свободы единичны.

Фото:61.fsin.gov.ru

«Раньше они были. Но после того, как мы обнародовали случай с издевательствами в МОТБ, когда заключенных привязывали и мучили, виновных всех уволили. Сейчас издевательств в МОТБ нет, никто не хочет вешать на себя статью», — отмечает Игорь Омельченко.

Но другие эксперты уверены: именно постоянные издевательства вызывают у осужденных желание сбежать из тюрем.

Костюмированное шоу

По официальным данным ГУФСИН России по Ростовской области, за последние 10 лет в регионе зафиксирован лишь один случай побега из-под охраны.

«По этому поводу сотрудниками органов внутренних дел Ростовской области возбуждено два уголовных дела по статье 113. Одно из которых в отношении 30-летнего гражданина, совершившего побег из-под стражи, второе — в отношении его пособника», — подтвердили в ОииОС ГУ МВД России по Ростовской области.

Фото:61.fsin.gov.ru

Сбежать заключенному помог житель Волгограда, который по поддельному удостоверению адвоката пришел в ростовское СИЗО.

«Они находились в комнате, где идет работа со следствием. Парни были хорошо знакомы. Переодевшись, псевдоадвокат остался отбывать срок за своего приятеля, а заключенный, вместо него, отправился на волю», — сообщает Игорь Омельченко.

Он добавляет, что причина побега заключенного могла быть самой разнообразной, но никак не связана с насилием.

Побег вскрылся случайно, во время попытки беглецом вскрыть банкомат в Батайске. Нарушителя задержали, а после установления личности и вскрылась афера с подменой заключенного.

«В отношении парней возбудили уголовное дело, а к ответственности привлекли только сотрудника пропускного режима», — подчеркивает Омельченко.

Он добавляет, что при посещении колонии № 14 в конце мая 2021 года тоже шла речь о том, что кто-то из заключенных пытался сбежать. Но позже эта информация не подтвердилась.

«Побеги из СИЗО сейчас крайне редки. Это ЧП. А вот из колоний-поселений, где люди находятся в более свободном режиме и имеют доступ за пределы учреждения, случаются. Но находят всех», — подчеркивает экс-председатель общественно-наблюдательной комиссии (ОНК) Ростовской области Леонид Петрашис.

Тем не менее источник, знакомый с ситуацией, поделился с RostovGazeta, что в начале нулевых одного сбежавшего зэка искали очень долго, более 10 лет.

«Сперва думали — найдется, поэтому и сотрудники учреждения, и руководство, не поднимали шумиху, скрывая факт побега. И, если не ошибаюсь, тогда был осужден начальник отряда», — уточняет собеседник.

Журналист и общественник Сергей Резник, которого в 2014 году посадили в тюрьму, добавляет, что, например, в СИЗО № 3 Новочеркасска ему известна камера, в которую даже не могут попасть заключенные, разносящие баланду. К ней, по словам журналиста, ведут огромные, дикие коридоры, похожие на лабиринт. Поэтому, если из такой камеры сбежит заключенный, то вполне возможно что побег обнаружат не скоро.

Фото:fsin-atlas.ru

Приключения Чиполлино

Резник вспоминает, что ему известен случай побега из ФКУ ИК № 2 на Каменке в Ростове.

«Тогда сотрудник исполнительной системы наказаний в багажнике собственного автомобиля вывез заключенного для того, чтобы потом его пафосно „найти“, показательно задержать и отличиться по службе. А мне это рассказали действующие оперативники исполнительной системы», — рассказывает журналист.

Фото:Медиахолдинг1Mi

В 2004 году в ожидании завершения следствия прокуратуры и передачи дела в суд двое заключенных, обвиняемых в краже, разбое и хранении наркотиков, два года содержались в одной камере СИЗО. Дождавшись суда, беглецы сбежали из подвала, сделав подкоп в фундаменте здания. Такой способ в преступной среде, описанный еще в итальянской детской сказке, получил одноименное название «Чиполлино».

В Багаевском районном суде в 2014 году рассматривалось уголовное дело в отношении преступника, сбежавшего из мест лишения свободы. Суд установил, что отбывая наказание в колонии-поселения № 8 в поселке Садковский, осужденный самовольно покинул территорию исправительного учреждения.

«Когда я отбывал срок в ФКУ СИЗО № 3, тоже наблюдал побег. Парень кинулся на забор в попытке сбежать, хотя и повода у него особого не было. Но его быстро поймали и спрятали в отдельной камере от других заключенных, которые просто надавали бы сбежавшему по башке. Потому что побег всегда приводит к усилению общего режима, от которого пострадают все», — рассказывает Резник.

Фото:Медиахолдинг1Mi

В 2019 году отбывающий наказание в колонии поселения преступник сбежал из городской больницы № 20, куда его привезли после жалоб на состояние здоровья. На его розыск потребовалось три дня.

Человек из тюрьмы

Резник подчеркивает, что в СИЗО № 3 Новочеркасска мыслей о побеге у него не было.

«В то время меня „заказали“ несколько коммерческих группировок. И этих парней, которые приходили пострелять в меня, да побиться, никто не искал. А бежать из тюрьмы для того, чтобы попасть в их окружение, согласитесь, сомнительное мероприятие», — объясняет журналист.

Он соглашается, что сбежать из СИЗО № 3 в Новочеркасске невероятно сложно. Именно здесь, в третьем корпусе, сидел всем известный ростовский маньяк Чикатило.

Фото:yanval.ruwikimapia.org

«Перепилить за 2-3 часа внутреннюю решетку невозможно. Открутить болты длиной по 15-20 сантиметров, удерживающие ее в трубах, тоже затруднительно. Правда, малолеткам удавалось. Играясь, они выламывали из душевых водопроводные трубы и, нагревая, придавали им контур гаечного ключа. А смысл? Это ведет лишь к следующей решетке, которая уже на улице», — вспоминает Резник.

Однако он добавляет, что если у заключенного в тюрьме окажутся два работающих сообщника, то совершить побег не составит большого труда.

«Таким образом сбежал заключенный из СИЗО № 1. Кто-то ему помог, и человек ушел по крышам», — говорит Сергей Резник.

Спрятали в периметр

Журналист вспоминает, что изначально отбывал наказание в благоустроенной большой камере. Но потом его перевели в другую, очень маленькую.

«И тут содержали уже, как в спецблоке. Меня постоянно проверяли, стояла прослушка. Это была единственная камера во всем корпусе, в которой поверху решетки на окне были натянуты две тонкие сетки для того, чтобы у меня не было никакой межкамерной связи. Рядом тоже были пустые камеры, то есть сделан эдакий мешок, чтобы я ни с кем не разговаривал, ни с кем не общался. Мало того, что меня посадили за то, чего я не совершал, за то, что максимум — это штраф. Так еще и посадили на общий режим, и спрятали в периметр, — недоумевает Резник. — Был тогда один такой начальник, он приехал в тюрьму, построил всех сотрудников и сказал, что „не дай бог у Резника будет хоть один запрещенный предмет“, имея в виду средство связи, — „всех сошлю в Сибирь!“. И этот же человек потом приехал в тюрьму к моему другу, достал из кармана телефон с подключенным интернетом и отдал ему. Вот такой разный подход к заключенным, от одной до другой крайности, а между ними, вариантов, как комбинаций в шахматах».

Но, несмотря на разные «варианты» содержания заключенных в СИЗО, журналист не видит никаких причин для побега из мест лишения свободы. Например, в колониях-поселениях, по его словам, каждый может найти для себя то, что хочет. Если человек настроен работать — для этого есть все возможности. Хочет читать — тоже никаких проблем. Не хочет работать — никто не заставит.

Фото:Медиахолдинг1Mi

Не случайно, поприсутствовав на комиссии по трудоустройству в колонии № 2, Игорь Омельченко заметил, что предложение ФСИН России о том, чтобы заменить трудовых мигрантов заключенными очень хорошее. Но главный вопрос заключается в том, будут ли заключенные работать.

«А работать не хочет никто. Заключенных заставляют как могут, наказывают, а к положительному результату это не приводит. Хотя те, кто работает, получают на руки деньги, находятся в облегченных условиях», — подчеркивает Игорь Омельченко.

Бывший осужденный Денис рассказывает, что отбывая наказание в колонии-поселения в п. Садковский, к нему нередко приезжали друзья и родные, привозили домашнюю еду. Сам он тоже периодически звонил домой. Правда, своего мобильного не имел — брал у «соседей», которым потом его мать онлайн компенсировала стоимость разговоров.

«Ну и в чем смысл дергать куда-то? Чтобы скитаться без паспорта, не понимая, как дальше жить? Если и принимать решение о побеге, то это надо делать только тогда, когда уже видно, что на тебя, условно говоря, формируется уголовная масса. А я это время упустил. Потому что видел, что все преступления, которые инкриминировали мне, ни один адекватный прокурор не подписал бы. Но я ошибался», — подводит итоги Резник.

Сюжеты:
Эксклюзив
Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter